День сурка на Большом Алматинском озере (БАО).

Преграждающий дальнейший проезд шлагбаум находится чуть выше поворота на Старую японскую дорогу. Львиная доля авто остается здесь. Дальнейшие варианты подъема – либо пешком, либо как льготники, для машин которых пост - не преграда.
Так ли вы хотите на БАО, как хотели Анара, Акмарал и я, отравившиеся туда из дома в пятом часу утра за черногрудыми красношейками и серпоклювами? В одно из последних моих посещений, пару с лишним лет назад, покрытое льдом озеро имело свои обычные размеры. Сегодня от него почти ничего не осталось – только небольшая голубая лужица. Со слов знатоков, вода спущена к грядущему ремонту плотины.
Трехгодичный запрет подъема машин на БАО кардинально улучшил здесь экологическую обстановку. Пешие туристы не в состоянии принести много потенциального мусора – еды в упаковках, в отличие от народа, приезжающего на собственном авто. Одни затрачивают колоссальное количество энергии на подъем, преодолевая себя, дабы пропитаться солнцем, воздухом и красотами природы, другие же без всяких физических усилий выезжают на пикники и кайфуют от еды, приправленной дымком костра. Разнящаяся философия жизни отражается и в разном отношении к природе. Удивительно, но именно «автогурманы» оставляют после себя мусорные россыпи …
Бердвотчеры в нашем лице, как некий симбиоз лучших качеств вышеперечисленных групп туристов, поднимаются на джипе, ведь поиск и съемка птиц и так весьма энергозатратны. Ранний выезд + авто дают нам значительную фору во времени на пока еще безлюдном БАО.
Снижение фактора беспокойства положительно повлияло на рост численности животных. По берегам озера расплодилось большое количество доверчивых сурков - стоявших и лежавших, в одиночку и семьями, взрослых и юных. Лоснящиеся на солнце пухлотелые особи, смахивающие на бастыков (начальников) нервно вскрикивают при нашем приближении, театрально изображая неловкую попытку втиснуться в нору - «глупый пИнгвин робко прячет тело жирное в утесах».
По направлению к спуску за серпоклювами встречаем лесных коньков, деряб, обыкновенных и седоголовых горихвосток, арчовых и обыкновенных чечевиц, красношапочных вьюрков, посвистывающих в кустах пеночек. Над озером зависает пустельга, пара огарей тревожным криком оповещают всех и вся о появлении чужаков. Под прикрытием валунов некоторое время безрезультатно осматриваем в бинокль обнаженное дно озера. На позывку из телефона отвечает и выбегает любопытный серпоклюв. Вскоре с криком прилетает второй, и они вдвоем устраивают какой-то немыслимый танец хромоножек, вероятно отвлекающий нас от птенчиков.
По тропинке переходим в живописное ущелье Шукур – рай для бердвотчеров, склоны которого сплошь покрыты арчой с елями. Воздух звенит от трелей серых славок, черногорлых завирушек и множественных черногрудых красношеек. Здесь же встречаем арчовых дубоносов. На горе по крику птенцов Анара находит ель с гнездом красношеек. Родители с гусеницами в весьма удачных для съемки позах замирают на месте, «чтобы не выдать секрет врагу». Эту же ель облюбовали для выведения потомства и другие пернатые.
Для меня интересным фактом явилось то, что красношейки откликаются не только на голоса птиц своего вида, но и на голос лесной завирушки.
Цель поездки достигнута, и это радует.

1. Сурок

2. Черногрудая красношейка

3. Серпоклюв

4. Седоголовая горихвостка

5. Ущелье Шукур

6. Ветреница

7. Черногорлая завирушка

8. Арчовая чечевица, самочка

9. Арчовая чечевица, самец

10. Арчовник

11. Вид из ущелья Шукур в сторону БАО

12. Фломодоис горный

13. Лютики

14. Родиола

15. Седоголовый щегол

16. Обыкновенная чечевица

17. Лесной конек

18. Остатки БАО

19. Мы - банда